Интернет как технология преодоления неравенства в современной левой мысли

Интернет как технология преодоления неравенства в современной левой мысли

В недавней работе «Сопротивление — это сдача» Славой Жижек, обсуждая кризис подстмодернистсюй левой мысли, обратил внимание на ее симбиотические отношения с тем самым глобальным капитализмом и его политическим выражением -либеральным государством, которое она так резко критикует: левые «действуют как супер-эго, с комфортом бомбардируя государство все новыми и новыми требованиями; и чем сильнее государство старается удовлетворить эти требования, тем большая вина на него возлагается»1. Именно поэтому главным объектом критики левых являются не откровенные диктатуры, но либеральные демократии, которые постоянно обвиняются в лицемерии. Эта позиция «супер-эго» основана на представлении о необходимости вытеснения глобального капитализма с его торжеством рынка и холодными и бездушными отношениями господства и подчинения «сообществом равных», при болезненном осознании полной невозможности такого вытеснения в условиях, когда сам глобальный капитализм является порождением инструментального разума.

* Анна Давидовна Трахтенберг-канд. полит, наук. ст. научный сотрудник Института философии и права УрО РАН (г. Екатеринбург).

1 ZizekS. Resistance Is Surrender//London Review of Books. 15 November. 2007. Размещено в Интернете, URL: http://www.lrb.co.uk/v29/n22/print/zize 01_.html.

О А. Д. Трахтенберг, 2008

Появление Интернета очередной раз воскресило надежды, что благодаря технологическому прорыву индивиды и сообщества получат власть, которую у них отняли «большие корпорации» и выражающее их интересы государство. Тезис о том, что Интернет в силу своей нелинейной, неиерархической структуры, со скользящим переходом от одной темы к другой, и принципиальной гетегоро-генностью автоматически становится носителем альтернативных дискурсивных практик и в силу этого позволяет пользователям успешно вести «позиционную войну» (в грамшиансюм смысле этого термина) с линейными, иерархическими доминантными дискурсами, уже успел превратиться в общее место. Интернет идеально иллюстрирует любые современные левые теории: в нем с равной легкостью можно обнаружить хабермасиансюе гражданское общество, «семантическую геррилью», излюбленную теоретиками культурных исследований, ризомные структуры, описанные Деле-зом, буквальное воплощение рассуждений Деррида о «децентрации» и т. д. и т. п. Как не без яда заметил Дж. Уинтроп-Янг, можно говорить о счастливом спасении старомодной теории с помощью современной технологии, так что «технология обосновывает теорию, а теория возвышает технологию»2.

Невольно возникает подозрение, что объект, так легко укладывающиеся в любые разновидности постмодернистского левого дискурса, на самом деле не соответствует ни одной из них. Тем более, что эмпирические исследования показывают, что в Сети все сильнее доминируют процессы «закрытия» и она все больше приобретает черты, характерные для средств массовой информации. В Интернете явно преобладают коммерческие структуры, озабоченные исключительно производством и поставкой пользующейся спросом информации. Уже высказываются опасения, что если эти тенденции возобладают, модель Интернета как публичной сферы, основанной на прямом участии граждан в рациональной дискуссии на основе открытого доступа и уважения принципов культурного многообразия «станет заповедником для кучки твердолобых теоретиков, с одной стороны, и для самых бедных и недопредставленных сообществ — с другой»3, и превратится в маргинальную, не представляющую ни коммерческого интереса для рынка, ни стратегической угрозы для государства.

2              Winthrop-Young G. Cultural Studies and GennanMedia Theory //New Cultural Studies: Adventures in Theory. Athens, Georgia, 2006. P. 96.

3              Frau-Megs D. Civil Society’s Involvement in the WSIS Process: Drafting the Alter-Agenda // Servaes J., Carpcnticr N.. eds. Towards a Sustainable In-fonnation Society. Bristol, 2006. P. 91.

В то время как теоретики гражданского общества и публичной сферы пытаются найти способы формирования новых организационных структур, способных предотвратить коммерциализацию и идеологическое «закрытие» Интернета, и с неохотой признают, что «понятие "полного участия" является "демократическим воображаемым» или утопией"4, их коллеги по борьбе с капитализмом начали присваивать «политические и метафизические идеальные свойства» новым технологиям (в том числе био- и нано-). Так, Д. Ха-рауэй логически перешла от «Манифеста киборгов» и социалистического феминизма к «Манифесту дружественных [биологических] видов», и от высказываний о том, что «в наше время, мифическое время, мы все — химеры, теоретически выведенные и сконструированные гибриды машины и организма, короче говоря, киборги»5, простые носители информации, к рассуждениям о том, как влияет на «онтологическую гигиену» расшифровка человеческого гена, генетически модифицированная еда и искусственное оплодотворение. Такая эволюция весьма типична для постгуманистических исследований, и у Д. Харауэй имеются последователи.

Еще одним способом сохранения мифа о спасении через Электричество, является поиск в Сети, и шире — в пространстве инфор-мационно-коммуникационных технологий, новых форма «медиа-активизма», которые позволили бы взорвать все более подчиняющийся логике глобального капитализма, Интернет. Соответственно, на место семантической геррильи в классическом понимании Стюарта Холла приходит «спекулятивный софтвер» М. Фуллера, который превращает в главного героя протестнош движения хакера, способного на «игры с кодом», но при этом порвавшего с традиционной хакерской системой ценностей, ставящей форму выше содержания. В лучших постмодернистских традициях «спекулятивный хакер» М. Фуллера отказывается проводить различие между формой и содержанием, что и позволяет ему «найти в коде правду»6

Наряду с поисками новых метафизических (точнее, могущих быть «метафизированными») технологий и новых форм медиа-активности, левый дискурс сохраняет надежду заново изобрести «политику множеств», опираясь на информационные технологии. Так,

4              Cammaerts В., Carpentier N. The Unbearable Lightness of Full Partici-pationinthe Global Context: WSIS and Civil Society Participation// Servaes J., Carpentier N.. eds. Towards a Sustainable Infonnation Society. Bristol, 2006. P. 23.

5              Haraway D. A Cyborg Manifesto: Science, Technology and Socialist Feminism in the Late Twentieth Century // Simians, Cyborgs and Women: The Reinvention of Nature. L„ 1991. P. 150."

6              См.: Fuller M. Behind the Blip: Essays on the Culture of Software. L„

2003.

М. Хардта и А. Негри, описывая новый, децентрализованный и детерриториализованный аппарат власти, отмечают, что перед левым движением вновь встает задача «пересечения границ и разрушения сегментов, на которые заставили распасться коллективную рабочую силу»7. Эта задача вполне разрешима с учетом того, что в «обществе знаний», благодаря господствующим в нем информационно-компьютерным технологиям, базовое противоречие между общественным характером труда и частным характером присвоения постоянно усиливается, что делает возможным переход к «абсолютной демократии».

Таким образом, современный антикапиталистический дискурс продолжает искать технологическое решение, которые позволило бы покончить с технологическим инструментальным разумом, породившим гегемонию глобального капитализма. Возможно, прав Жижек, отметивший, что более продуктивным путем было бы не ожидание торжества «великого сообщества», а обращение к власти с конкретными, стратегически отобранными и четко определенными требованиями, которые она в состоянии выполнить8.

7HardtM;, Negri A. Empire. L.. 2000. P. 399.

8 Zizek S. Op. cit.

Н. В. Моисеева*

Эта запись была опубликована - Среда, Август 21st, 2013 - 12:47 пп в рубрике Раздел четвертый: Вы можете оставить комментарий к этой записи через RSS 2.0. Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментирование запрещено.